Главная / Статьи / Модернизация политической системы:...


Модернизация политической системы:
инновации в форме реставрации

Научный доклад на Седьмом Международном научном конгрессе МФПУ «Синергия»:
«Роль бизнеса в трансформации российского общества» - апрель 2012 г.
(Опубликован в Сборнике материалов Конгресса. М.: МФПУ «Синергия, 2012)

«Настоящая демократия не создается одномоментно,
не копируется по внешнему образцу. Необходимо, чтобы
общество было готово к использованию демократических
механизмов. Чтобы большинство людей почувствовали себя
гражданами, готовы были бы на регулярной основе тратить
свое внимание, свое время, свои усилия на участие в процессе
управления. Другими словами, демократия работает там,
где люди готовы в нее что-то вкладывать»

( В.В.Путин)



Если исходить из презумпции, что все зафиксированные в Конституции РФ установления и принципы структурно-функциональной организации власти в России воплощены в политической практике, значит, впасть в глубокое заблуждение. Ибо де-факто эта Конституция представляет собой не правовое обрамление сложившихся в стране реалий, а является лишь «декларацией намеренных результатов». И то, что записано в этой декларации, и то, что есть на самом деле - пока что две «большие разницы», дистанция между ними нередко носит характер разрыва.
Не случайно большинство политических экспертов и аналитиков характеризуют современную политическую систему России, в лучшем случае, как «авторитарную» (или «авторитарно-олигархическую») демократию, которая все еще весьма далека от той представительной плюралистической демократии, что существует в развитых западных странах.
Это тем более, очевидно, учитывая, что если в период правления раннего Б.Н.Ельцина с его, ставшим крылатым призывом к автономиям, «брать себе суверенитета ровно столько, сколько сможешь проглотить», движение страны к демократии в какой мере вписывалось в опыт «демократического транзита», накопленного в других странах. Шло по линии децентрализации и усложнения политической системы и ее структурообразующих элементов, а также развития ассоциативных форм политической жизни, то уже на рубеже 2000-х эти процессы были обращены вспять.
Но не потому, что пришедший на смену Б.Н.Ельцину новый президент России В.В.Путин оказался «меньшим демократом», чем его предшественник. А только потому, что децентрализация и суверенизация в условиях не упорядоченной рамками закона свободы, приняли у нас ярко выраженный деструктивный, разрушительный характер, и фактически вели к распаду страны. Для того чтобы не допустить такого сценария развития событий, свой приход к власти В.В.Путин начал с восстановления и укрепления властной вертикали. Новой (или обратной) централизации и бюрократизации политической системы, которые сопровождаются, если не полным отказом, то существенным ограничением демократических принципов и механизмов формирования властных органов, общественного контроля их деятельности.
Что привело в итоге к гипертрофии властных прерогатив президента и «купированию» полномочий других институтов, а также существенному дисбалансу в объемах власти между отдельными ветвями - законодательной, исполнительной и судебной. Если весь властный капитал в России взять за 100%, то порядка 80-85% этого капитала приходится сегодня на долю исполнительной власти и президентской администрации. Но при этом искомая цель преодоления центробежных тенденций и достижения политической стабильности в стране уже в первой половине 2000-х гг. была достигнута. Благодаря этому стало возможным и многое другое, в том числе подвижки в материальном благополучии россиян.
Новый Президент РФ Д.А.Медведев, провозглашая курса на экономическую модернизацию с тем, чтобы «построить новую, свободную, процветающую, сильную Россию», одновременно провозгласил и курс на модернизацию политической системы посредством демократизации, в результате которой она должна стать предельно открытой, гибкой и внутренне сложной. Системой, адекватной динамичной, подвижной, прозрачной и многомерной социальной структуре. Отвечающей политической культуре свободных, обеспеченных, критически мыслящих, уверенных в себе людей.
И за четыры года своего президентства Д.А.Медведев кое-что действительно сделал в этом направлении, особенно в части, связанной с формированием конкурентно способной многопартийности и развитием парламентской демократии. Так, в 2009 г. политические партии получили дополнительные возможности влиять на формирование исполнительной власти в субъектах федерации и муниципалитетах. Смягчены формальные требования по ряду вопросов партийного строительства. Облегчены условия выдвижения кандидатов на выборах в Государственную Думу. Законодательно установлены гарантии равного доступа к государственным средствам массовой информации парламентских партий и др. Однако эти меры - «реверансы» в сторону оппозиционных партий были не настолько значительными, чтобы реально потеснить «Единую Россию» на властном Олимпе и демонополизировать ее влияния в политико-властных процессах и структурах.
Ситуация кардинальным образом изменилась после декабрьских (2011 г.) выборов в Государственную Думу – прокатившаяся по стране волна массовых протестных митингов потребовала адекватной реакции властей на радикализацию общественного мнения и жажду перемен. Отметив в своем послании Федеральному Собранию от 22 декабря 2011 года, что «общество меняется, а граждане всё активнее высказывают свою позицию и предъявляют законные требования к власти», президент предложил комплексную реформу политической системы, которая сводится к следующему:

- Вернутья к выборам руководителей субъектов Российской Федерации прямым голосованием жителей регионов. Выборы будут проводиться по мере того, как будут подходить к концу сроки полномочий действующих губернаторов. По словам спикера Госдумы С.Нарышкина первые выборы могут пройти уже в этом 2012 году
- Ввести упрощенный порядок регистрации партий - если раньше по закону для этого требовалось, как минимум, 50 тыс. членов партии, затем это число сократили до 45 тыс. то теперь достаточно будет и 500 человек, представляющих не менее 50% регионов страны
- Сократить количество подписей избирателей для участия в выборах Президента России с 2 млн. до 300 тыс., а для кандидатов от непарламентских партий – до 100 тыс. Отменить сбор подписей для участия в выборах в Госдуму и в региональные парламенты.
- Изменить систему выборов в Государственную Думу. Для укрепления связей депутатов с избирателями ввести пропорциональное представительство по 225 округам. Что позволит каждой территории иметь своего непосредственного представителя в парламенте
-Изменить порядок формирования Центральной и региональных избирательных комиссий. Расширить представительство политических партий в избиркомах с правом отзыва своих представителей в комиссиях досрочно в случае необходимости
- Создать общественное телевидения. При этом ни один из владельцев этого канала не должен иметь определяющего влияния на принятие любых решений - ни государство, ни частный владелец (1).

Соответствующие проекты законов, по этим инновациям, Президент уже внес в Государствуенную Думу. Причем некоторые из этих проектов, в частности, проект закона об упрощении регистрации партий, и предлагаемые поправки к нему, должны вступить в силу с 1 января 2013 года.
Анализируя эти инновации, не трудно заметить, что если не все, то многие из них, являются на самом деле не инновациями, а возвратом к тому, что под влиянием политической коньюнтуры было отмено в 2000-е годы. И это правильно. Зачем заново избретать велосопед. Надо восстановить то, что в условиях возросшей зрелости российского общества будет не разрушать, а созидать, позволит социально и политически активным гражданам реально участвовать в управлении делами государства с тем, чтобы заземлять власть, лишать ее внеземной миссии и заставлять работать не на себя, а на страну.
Очевидно и другое - все эти озвученные президентом меры, отражают лишь часть тех требований, которые предъявляет оппозиция - и не только внесистемная, но и системная. Но одновременно удовлетворять всех недовольных невозможно, а то и просто глупо. Серьезная сильная власть – это власть, которая способна устойчиво следовать избранному курсу, а не шарахаться из стороны в сторону. И тем более не идти на поводу тех из оппозиционных лидеров, которые, чрезмерно возбудившись массовыми протестными митингами, и посчитав, что «держат Бога за Бороду», пытаются , по сути, диктовать ей свою волю. Выдавая ее за волю большинства.
Между тем демократия – это политический режим, который безуловно признает право на оппозиционную деятельность и право быть недовольным любым состоянием дел в государстве, но власть при этом формируется и отправляется свободно выражающимся себя большинством, а не меньшинством. Даже если это большиство не столь «говорливое» и политически активное, как меньшинство.
Важно подчеркнуть и другое: демократия – это всегда продукт эволюции, а не революции. Для того чтобы демократия прочно утвердилась в жизнедеятельности социума, необходим некий исходный минимум его (социума) «формационной» зрелости. Когда если не все, то большинство необходимых для демократии средовых материальных и нематериальных предпосылок и условий (в том числе политико-правовых и социокультурных) имеются налицо. Или, по меньшей мере, находятся в процессе становления.
Если же это не так, то (даже продиктованное благими намерениями) введение демократии методом «окунания» в нее абсолютно не подготовленной для такого «купания в свободе» массы. Народа, не «вышколенного» более или менее длительной социальной практикой, основанной на господстве частной собственности, - ничего кроме разрушения в себе не несет. И вместо того, чтобы «насладиться» свободой и демократией, общество погружается в социальный хаос и анархию, в то, что дореволюционный философ и правовед С.Л.Франк назвал «бесчинством разнузданности».
Именно это и произошло в России в «смутные» 1900-е годы. Как отмечает в своей статье «Демократия и качество государства» В.В.Путин, в эти годы «под флагом воцарения демократии мы получили не современное государство, а подковерную борьбу кланов и множество полуфеодальных кормлений. Не новое качество жизни, а огромные социальные издержки. Не справедливое и свободное общество, а произвол самоназначенных «элит», откровенно пренебрегавших интересами простых людей. Все это «отравило» переход России к демократии и рыночной экономике — устойчивым недоверием большой части населения к самим этим понятиям, нежеланием участвовать в общественной жизни»(2).
А что, у нас есть сегодня? Есть то, что образно можно связать с таким понятием, как «эмбрион». То есть демократия, которую иначе как «эмбриональной» назвать пока нельзя. Россия «беременна» демократией, но «долгие муки родов» еще впереди. И для того, чтобы эта «беременность» протекала успешно, нам не нужны новые революционные потрясения. Ибо они будут означать только одно - искусственное прерывание «беременности», за которым последует балканизация России, ее распад на удельные княжества и ханства.
В одном из интервью «Московскому комсомольцу» бывший посол Великобртитании в России Родерик Лэйн на вопрос, согласен ли он с тем, что многие эксперты уже успели «похоронить» демократию в России, ответил однозначным «нет». Подчеркнув при этом, что для того, «чтобы умереть, надо сначала родиться. А я не считаю, что демократия в России уже родилась. Демократию невозможно построить сверху вниз – только наоборот». И далее. «Характерный для 90-ых годов оптимизм Запада по поводу скорого стремительного построения демократии в России был излишне наивным. Надо было понимать, что переходный период в такой большой стране будет очень долгим и трудным. Правда и то, что развитие демократии занимает очень много времени в любом государстве. Например, моей стране для этого потребовалось около пяти столетий» (3).
И с этим мнением трудно не согласиться. Сегодня России действительно нужны перемены. И весь вопрос в том, чтобы скорость и глубина этих перемен, заданных властью, соответствовали темпам перемен в общетвенном сознании и настроениях россиян. А то и опережали их.

Примечания:

1. См.: Послание Президента Федеральному Собранию . 22 декабря 2011 года //http://www.kremlin.ru/transcripts/14088/work
2. В.В.Путин. Демократия и качество государства http://www.kommersant.ru/doc/1866753
3. Московский комсомолец. 2007. 27 февраля

Все статьи